Он держал камеру там, где рушился мир. Январь 1991-го. Дорога в неизвестность. Перевалы, БТРы, вертолёты. И этот голос — голос жизни посреди смерти. Олег Доев снимал не войну. Он снимал людей, которые не сдавались.
Исход восьмидесятых. Грузия пылает национализмом. Цхинвал — в огне первых взрывов. Люди бегут на Север, спасая детей. Олег Доев не отводит взгляда. Он говорит о политическом пекле, где сгорают мосты и рушатся судьбы народов — на десятилетия вперёд. Каждый репортаж — как проповедь, обращённая к совести. Каждое слово — как воздух. Для осаждённого Цхинвала — живительный.
16 марта 1994 года в Южной Осетии заработало первое государственное телевидение республики. Людвиг Чибиров потом скажет: «Олег Доев стоял у истоков».
Он стоял у истоков везде. Потому что он был первым. Первым, кто заговорил со зрителем. Прямые включения, честный диалог, бескомпромиссность в главном — в праве называть вещи своими именами. Доев не возводил себя на пьедестал, а просто работал так, будто от каждого его слова зависит чья-то жизнь.
Тогда, в 92-м, за столом переговоров решалась судьба Пригородного района. Олег Доев был там. Но видел и другое — сёла, охваченные огнём, дома, где оплакивали близких. Он вбирал в себя чужую боль и не отводил глаз. Потому что был со своим народом. Всегда. Его камера сохранила уникальные кадры трёхсторонних переговоров — те самые, что сегодня стали живым свидетельством эпохи. Кадры, без которых история тех дней была бы неполной. Главное, что он давал зрителю, — право на объективный вывод. Говорил так, будто сидит напротив каждого: без фальши, без дистанции.
Все для него начиналось в 81-м. Февраль того года стал для Доева точкой отсчёта на телевидении. Первая проба пера — в молодёжной редакции, но уже скоро кипучая энергия и жадный интерес к происходящему привели его в только зарождавшуюся информационную службу. В команде единомышленников он формировал тот новостной стиль, что сегодня стал классикой. Его кодексом всегда были честность, фактологическая безупречность и внимание к деталям. Тридцать лет на ГТРК «Алания» — дорога от редактора до замдиректора. Так начиналась эпоха Олега Доева, которая не заканчивается и сегодня.
Олег Доев и сегодня особенный даже в галерее самых ярких телевизионных портретов, любовь к нему не иссякла за эти годы. Его перу и его идеям принадлежат «Иристон сегодня», «Панорама», «Осетия спортивная», «Пятница» — программы, вошедшие в золотой фонд осетинской тележурналистики: «Иристон сегодня», «Панорама», «Осетия спортивная», «Пятница». Разные по формату, они сходились в одном — честность, достоверность, живой интерес к реальности.
Но главный проект Доева — это ученики. Он щедро делился опытом со студентами факультета журналистики СОГУ, открывая им мир за кадром, учил чувствовать профессию кончиками пальцев.
Телевидение постоянно меняется. Меняется вместе с аудиторией, взрослеющей и молодеющей одновременно. Меняется вместе со временем и страной. Но есть имена, которые держат профессию. Олег Доев — одно из них. Вне кадра — скромный и сдержанный. Перед объективом — собранный, живой. Камера включала в нём то, что зрители запоминали навсегда. Но новостями его талант не ограничивался. Он стоял у истоков спортивной тележурналистики Осетии — его голос знал каждый болельщик, а репортажи с футбольных полей ждали, как праздника.
Олег Доев и сегодня особенный даже в галерее самых ярких телевизионных портретов. Любовь к нему не остыла. Строгий к слову и кадру, он оставался при этом удивительно открытым к людям: любой мог прийти к нему за советом, и никто не уходил без поддержки. Его умение создавать на съёмочной площадке атмосферу свободы и доверия было легендарным. И при этом — ни капли чванства. Ни с коллегами, ни с героями своих материалов. До последнего дня он держался ровно, без позы и превосходства.
Те, кому посчастливилось работать с ним, до сих пор ощущают его незримое присутствие. Он ушёл, но остался в отснятых кадрах, в памяти друзей и коллег, в благодарных взглядах зрителей. А ещё — в том щемящем чувстве, когда в редакции вот-вот откроется дверь, он войдёт, поправит листы, пробежит глазами текст и негромко бросит своё кроткое и узнаваемое: «Годится!». На этой неделе ему исполнилось бы 75. Светлая память и вечная благодарность от всех, кто знал Мастера. И это — главное, о чём мы хотим сказать сегодня.
