Уже 20 лет утро этого страшного дня в сгоревшем зале первой Бесланской школы начинается с Божественной литургии. В этом году, почтить память жертв теракта, из Берлина прилетел Митрополит Германский Марк. Вместе с ним службу вёл архиепископ Владикавказский и Аланский Герасим. В разрушенном помещении стоят десятки людей — каждый пришёл выразить свою скорбь в общей молитве.
Боль Беслана уже два десятка лет объединяет тысячи людей. Сегодня — 3 сентября — в этом зале не только взрослые, но и дети. Они разглядывают портреты ровесников, вглядываются в простреленные стены и приносят с собой игрушки и воду. Тренер по художественной гимнастике Светлана Икаева приводит с собой воспитанников уже второй год. Говорит, они должны понимать, какой ужас пережила наша маленькая Осетия.
Символично, что практически каждый год 3 сентября в Осетии выдается жарким. Люди обмахиваются веерами, стараются скрыться в теньке. Именно в этот момент приходит хотя бы капля понимания — малыши были в душном спортзале три дня. И пекло ощущалось в сотни раз сильнее. Андрей Попов пошёл в 9 класс, когда террористы захватили школу. С тех пор, вот уже 20 лет, с 1 по 3 сентября бывает здесь — в Беслане.
Такие воспоминания никогда не забудутся. Как и огромная пустота, которую чувствуют жители Беслана. Беда затронула практически каждый дом. В бою, при освобождении школы погибли 10 сотрудников отрядов «Альфа» и «Вымпел» Никогда, за всю историю спецназа, сотрудники не несли таких потерь.
После траурной церемонии во дворе первой школы традиционно — крестный ход. Сотни людей шли до города Ангелов. Там, под звуки метронома и перечисление 334-ёх имен погибших — руководство республики, во главе с Сергеем Меняйло возложили цветы к памятникам «Древо скорби» и погибшим спецназовцам.
После глава республики положил цветы на могилу каждого ангела. Трёхдневная вахта памяти завершилась концертом «Реквием». Прямо во дворе школы национальный симфонический оркестр и дирижер Ацамаз Макоев исполнили программу, в которую вошла часть «Бесланской симфонии». Впервые в концерте участвовали и сами заложники. Они пели свои песни, которые написали после теракта. Их нескончаемая боль, отразилась в каждой ноте и каждом слове. Беслан разделил на до и после жизни сотен людей и эти раны излечить невозможно.
